У Евгения Плющенко и Яны Рудковской эта зима выдалась особенно насыщенной: в новогодние каникулы их команда буквально «распаковала» сразу три разных ледовых проекта. В конце декабря зрителям представили новую «Белоснежку», сразу после встречи Нового года на льду появился обновленный «Щелкунчик», а с 5 января в расписание вновь вернулась «Спящая красавица». Именно эта постановка сейчас вызывает наибольший интерес: в ней пересекаются и чисто зрелищная сказка для всей семьи, и множество скрытых смыслов для тех, кто внимательно следит за фигурным катанием.
Если подходить к спектаклю как к зрительскому аттракциону, не вникая в подводные течения мира спорта, «Спящая красавица» работает безупречно. Звучит гениальная музыка Петра Чайковского, знакомый каждому сюжет выстроен логично и понятно даже детям, костюмы поражают проработкой и богатством деталей. Видно, что в визуальный ряд вложены серьезные средства: у каждого персонажа свой узнаваемый стиль, цветовые акценты расставлены так, чтобы даже с верхних рядов было легко считать, кто есть кто, а массовые сцены собираются в цельные, яркие картины.
При этом премьера на Live Арене оказалась проверкой на прочность. Зал сам по себе не предназначен специально под ледовые шоу: размер площадки меньше привычного для фигуристов, а качество и структура льда отличаются от стационарных катков. Это сказалось на исполнении: в ряде эпизодов спортсмены шли на сложные прыжки, но вместо планируемых ультра-си зрители видели «бабочки», где фигурист фактически срывает элемент, прокручивая лишь заход. Самый тревожный момент вечера — падение Анны Щербаковой с поддержки в группе синхронного катания: олимпийская чемпионка сорвалась с высоты примерно двух метров, зацепив при этом другую участницу номера.
Ситуацию позднее прокомментировала Яна Рудковская, подчеркнув, что ошибка произошла именно на этапе поддержки: девочки-синхронистки взяли Щербакову не совсем верно, а сама Анна только-только переехала с большого льда ВТБ Арены на компактный мобильный каток. Там другая длина разгона, иная скорость, меняется и ощущение опоры под коньком. По словам Рудковской, из-за непривычного покрытия в тот день у многих исполнителей что‑то не складывалось так, как задумывалось, но команда уверена, что с адаптацией эти шероховатости уйдут.
Несмотря на технические сложности, в целом постановка произвела впечатление выверенного и продуманного продукта. По сравнению с ранними проектами Плющенко заметно, что режиссура стала более цельной, массовые сцены и кордебалет работают как единый механизм. Столкновения и «боевые» эпизоды на льду распределены грамотно, без хаоса: зритель понимает, где основной фокус внимания, а где фоновое действие. Существенно уменьшилось количество чистой театрализации и немой пантомимы: там, где раньше можно было увидеть просто переодетых актеров, теперь доминирует именно хореография на лезвии конька.
Отдельного упоминания заслуживает финальный сольный выход Евгения Плющенко. Он формально не вписан в канву сюжета, но становится мощной точкой в конце спектакля. Для многих зрителей именно этот номер — своеобразное напоминание, что перед ними не только продюсер и постановщик, но по‑прежнему артист высочайшего уровня, который умеет держать внимание арены одним своим появлением.
Для людей, погруженных в контекст современного фигурного катания, «Спящая красавица» раскрывается с другой стороны. Состав исполнителей — почти роскошная витрина поколений. Евгений Плющенко выходит в роли Короля, а его партнершей по трону становится Евгения Медведева, перевоплотившаяся в Королеву. Даже при том, что ее персонаж не ключевой в классическом сюжете, Медведевой отведено отдельное соло и несколько ярких выходов, где она может показать и пластику, и узнаваемую экспрессию.
Особый интерес вызывает дуэт-противостояние Анны Щербаковой и Александры Игнатовой (Трусовой), которые по сюжету оказываются по разные стороны конфликта. Их совместные выходы держат зал в напряжении: хореография построена так, чтобы подчеркнуть столкновение характеров, а сами спортсменки очень тонко отыгрывают эмоции — от ледяной сдержанности до почти открытой вражды. Это тот случай, когда спортивный бэкграунд обеих только усиливает впечатление: зритель невольно считывает дополнительные оттенки в каждом взгляде и каждом заходе на элемент.
На другом полюсе — почти незаметная с точки зрения хронометража, но запоминающаяся роль Дмитрия Алиева. Его появления на льду не так часты, однако каждый выход отмечен фирменным стилем: чистое, мощное скольжение, узнаваемое сальто и общее ощущение драйва. Это тот тип артиста, который не нуждается в длинных монологах — ему достаточно одного-двух эффектных эпизодов, чтобы зал его запомнил.
Отдельная интрига шоу — участие Елены Костылевой. После официального ухода из академии «Ангелы Плющенко» и перехода к новому тренеру многие ожидали, что ее сотрудничество с командой Плющенко завершится. Но юная фигуристка не только сохранила ключевую, главную роль в «Спящей красавице», но и продемонстрировала уверенное, цельное катание. Все ее выходы, совместные сцены с Александром Плющенко теперь воспринимаются под другим углом: уже не как работа внутренней «семейной» ученицы школы, а как сотрудничество самодостаточной спортсменки и крупного шоу-проекта.
Во время представления состава Яна Рудковская отдельно подчеркнула мастерство Костылевой, тепло отметила ее элементы и артистизм — без намека на напряжение или расставание. Для зрителей это выглядело так, словно Елена по‑прежнему остается частью большого механизма, где личные тренерские решения не перечеркивают профессиональных отношений. Для рынка это важный сигнал: ледовые шоу начинают выстраивать формат сотрудничества, который не завязан жестко на клубную принадлежность.
Интересно и то, как меняется сама культура постановок на льду. «Спящая красавица» демонстрирует сдвиг от простого набора красивых номеров к полноценному музыкально-драматическому спектаклю, где каждое появление героя имеет смысл. Даже массовые сцены с кордебалетом устроены не только как фон, но и как важная часть повествования: синхронное катание, групповые поддержки и общие рисунки на льду помогают рассказывать историю без лишних слов.
Важно и другое: работа на компактной площадке вроде Live Арены вынуждает хореографов искать новые решения. На большом катке можно «спасти» номер за счет масштабных разгонов и впечатляющих дорожек шагов, а здесь ставка делается на плотность действия, точность перестроений, близость артистов к зрителю. При таких условиях любое падение или срыв элемента выглядит в разы заметнее, но и эффект удачно выполненных связок усиливается — зритель буквально чувствует энергию под боком.
Отдельная тема — безопасность. Падение Щербаковой с высоты в несколько метров стало напоминанием о том, что ледовое шоу — не просто развлечение, а работа с реальными рисками. Сложные поддержки, групповые подбросы и вращения с участием сразу нескольких фигуристов требуют безупречной слаженности. Ошибка одного человека автоматически становится угрозой для всех. Вероятно, после этого эпизода внутри команды еще раз детально пересмотрят схемы страховки и количество репетиций именно на конкретном льду, учитывая, что переход с одной арены на другую — всегда дополнительный фактор риска.
С точки зрения зрителя, который пришел без глубокого знания имен и регалий, «Спящая красавица» выглядит как добротная, зрелищная сказка — с понятным сюжетом, красивой музыкой, костюмами и впечатляющими трюками. Для больших и маленьких зрителей это, по сути, формат праздничного семейного выхода: ты получаешь историю, визуальное удовольствие и ощущение праздника. Для фанатов же фигурного катания каждая сцена, каждый дуэт и даже небольшие эпизоды обрастают дополнительным смыслом: здесь видны переходы спортсменов между школами, прошлые соперничества, тренерские линии, личные истории.
Именно этим «двойным дном» постановка и ценна. Она существует одновременно в двух измерениях: как массовый развлекательный продукт и как тонко нашпигованная отсылками картина для тех, кто знает биографии всех действующих лиц. «Спящая красавица» в нынешнем виде — пример того, как ледовые шоу в России постепенно выходят за пределы стандартного формата «звезда + набор номеров» и превращаются в самостоятельный жанр, где важна и драматургия, и хореография, и подбор кастинга с учетом реальных историй фигуристов.
В итоге можно сказать, что проект удался в обе стороны. Для широкой аудитории это яркое, качественно сделанное представление с впечатляющими эпизодами и узнаваемой музыкой. Для знатоков — почти театральный ребус, в котором роли, взаимодействия и даже падения читаются в контексте происходящего в фигурном катании. И, пожалуй, именно такой подход — путь к тому, чтобы ледовые шоу оставались востребованными не только в праздники, но и в течение всего сезона.